Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

Следственный Комитет за равноправие полов

РосОтвет поздравляет женщин с прошедшим праздником. И рассказывает:

На запрос о статистике по преступлениям против женщин СК ответил, что ведомственные формы для статистики не предусматривают сбор сведений по половому признаку.

Комментирует адвокат из Команды 29 Валентина Фролова, которая занимается, в основном, правовой защитой по делам о насилии в отношении женщин и членов уязвимых групп:

«По тому, как государство собирает статистику, можно сказать о том, насколько серьезно оно относится к проблеме. Существуют международные договоры, обязывающие фиксировать не только пол, но и возраст, и социальный статус, и место жительство потерпевшего. Все эти данные можно использовать для масштабных исследований (это, кстати, тоже задача государства), которые помогают бороться с социальными проблемами. У следственных органов для этого есть уникальный доступ к информации. Однако, игнорируя сбор дифференцированной статистики, они делают подобные исследования невозможными, причем не только для себя, но и для гражданского общества.
Статистика определяет не только масштаб общественной проблемы, но и то, насколько эффективно работают средства правовой защиты в данной области. Например, в нескольких районах Санкт-Петербурга за 2014 год не было возбуждено ни одного уголовного дела об изнасиловании. Вы же понимаете, что этого не может быть. Значит, делаем вывод о том, как эти заявления принимают».

Также комментарий дала петербургская феминистка Белла Рапопорт:
«Здесь сочетаются два настроения, две особенности: бытовой сексизм, присутствующий во всех сферах российского общества (когда мы стояли на пикете против домашнего насилия, уличные полицейские со смехом предлагали нам защищать собачек) и традиционное нежелание признавать любую проблему, поскольку сил на ее игнорирование уходит куда меньше, чем на ее решение. И это происходит на всех уровнях. Можно успешно не принимать заявления от изнасилованных и избитых женщин, что повсеместно происходит - в этом случае их как бы и нет. И работать не надо. Можно и вовсе, как это делает РПЦ, призывать отказываться от понятия "Домашнее насилие": магический пасс, и домашнего насилия как не бывало».

o-DOMESTIC-VIOLENCE-570

Ничьи камеры на Москворецком мосту

Новости от РосОтвета:

Очередной молниеносный (1 день) ответ получили от Департамента информационных технологий Москвы - спрашивали, кто отвечает за камеры, установленные на Москворецком мосту.

Спрашивали вот почему: поисковик выдал ссылку на перечень камер городского наблюдения на сайте data.mos.ru, где можно посмотреть расположение этих камер на карте. В районе Москворецкого моста, согласно этой карте, камер нет, но многочисленные фото с места убийства Бориса Немцова свидетельствуют об обратном.

ДИТ ответил, что датасет, на который мы ссылаемся, является архивным. Актуальные датасеты включают в себя только камеры подъездного и дворового наблюдения.

Ну и, разумеется, дежурная, растиражированная СМИ фраза в конце: "В ночь с 27 на 28 февраля 2015 года все камеры, входящие в систему городского видеонаблюдения, исправно функционировали. Правоохранительные органы в рамках следствия имеют доступ ко всем необходимым материалам".

Запрос и ответ тут: http://rosotvet.ru/camery_nabludeniya/


pu0nQQXN7W8

ФСБ закрыла уголовное дело против профессора питерского "Военмеха"

Полная версия статьи "Для ФСБ это будет наукой", опубликованной в "Новой газете" от 05.06.2013 г.

Еще одно сложное и долгое уголовное дело, которое вели юристы Фонда Свободы Информации, закончилось победой здравого смысла. ФСБ прекратила уголовное преследование профессора петербургского «Военмеха» Игоря Баранова, обвиняемого в попытке провоза через границу «материалов, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения». Обо всей абсурдности обвинения против ученого, везшего в портфеле листочки своего доклада на научную конференцию, – в этой статье.

Collapse )

На фото - профессор Игорь Баранов. Фото Аси Суворовой

Зал вылетов международного аэропорта Пулково в 4 часа утра был почти пуст. Началась регистрация на первый рейс во Франкфурт. Худощавый человек с портфелем не спеша подошел к стойке таможенного контроля. Как только он прошел «зеленый коридор» и пересек условную линию государственной границы, его окружили люди в штатском. Их целенаправленно интересовал портфель мужчины, в котором тот вез распечатанный текст своего доклада на английском языке и иллюстрации к нему.

...В 2012 году Санкт-Петербургский городской суд приговорил двух профессоров Балтийского государственного технического университета «Военмех» (БГТУ) Святослава Бобышева и Евгения Афанасьева к длительным срокам лишения свободы за государственную измену в пользу Китая. Ученые своей вины не признали. Не успели высохнуть чернила на их приговоре, как Федеральной службой безопасности РФ было инициировано уголовное дело против еще одного ученого того же самого многострадального вуза.

На этот раз в разработку чекистов попал доктор технических наук, профессор Игорь Баранов, который преподает в БГТУ технологию производства. Баранов — ученый с заслуженной репутацией, автор 200 научных трудов. Последние 20 лет он занимается исследованиями в области лазерных технологий. С 2008 года публикует статьи по совершенствованию способа получения топлива для атомных электростанций (АЭС) из отходов урановой руды с помощью CO лазера. По его расчетам, этот способ снизил бы себестоимость энергии, вырабатываемой АЭС, на 60-70 процентов, и сделал бы ее производство более экологичным.

Летом 2011 года Игорь Ярославич получил приглашение на научную конференцию в США. Для того, чтобы принять в ней участие, необходимо было получить заключение БГТУ о том, что его исследование под названием «Импульсный СО лазер для разделения изотопов урана» не подпадает под действие так называемых "Списков товаров и технологий двойного назначения", для вывоза которых требуется получение специального разрешения.

Для того, чтобы соблюсти все формальности, профессор обратился к специалистам БГТУ, которые направили его в ЗАО «Центр проектов развития промышленности» (ЦПРП), специализирующийся на экспертизе товаров и технологий двойного использования, чтобы заказать там — за собственные немалые средства — экспертизу своего доклада.

Экспертная организация пришла к выводу, что содержание доклада относится к «технологиям двойного назначения» и подпадает под действие «Списка ядерных материалов, оборудования, специальных неядерных материалов и соответствующих технологий, подпадающих под экспортный контроль», утвержденного Указом Президента РФ от 14.02.1996 года № 202.

Тот факт, что тексты на эту тему раньше не раз публиковались в открытой печати, был проигнорирован. Жалоба на заключение руководству ЦПРП не дала результата. Баранову пришлось обратиться в Федеральную службу по техническому и экспортному контролю (ФСТЭК) России с заявлением о несогласии с экспертизой Центра.

ФСТЭК России с привлечением экспертов «Росатома» заключила, что информация в докладе ранее уже была опубликована, значит, находится в «общественном владении» и потому не подлежит экспортному контролю. Получив положительную характеристику, профессор уведомил об этом руководство БГТУ и со спокойным сердцем стал собираться на конференцию. Вылет был назначен на 25 апреля 2012 года. Однако ни полететь в Америку, ни даже дойти до трапа самолета ему не удалось.

25 мая 2012 года по запросу таможни все тот же Центр проектов развития промышленности в своем третьем заключении повторил вывод о том, что доклад может быть использован при создании оружия массового поражения (ОМП).

Но лишь спустя два с половиной месяца после задержания в аэропорту, 4 июля 2012 года ФТС возбудила в отношении профессора уголовное дело по части 1 статьи 226.1 УК РФ (контрабанда материалов для создания ОМП). В постановлении о возбуждении уголовного дела, подписанного ВрИО замначальника Северо-Западной оперативной таможни А.В. Ведовской было, в частности, сказано: «По ориентировке Северо-Западной оперативной таможни инициировано проведение таможенного досмотра в отношении гражданина РФ И.Я. Баранова. По результатам таможенного досмотра у гражданина Баранова были обнаружены незадекларированные материалы на бумажных и электронном носителях, которые ... могут быть использованы при создании ОМП». Так профессор Баранов стал подозреваемым.

По горькой иронии судьбы ученый при проведении исследований как раз ставил перед собой задачу, чтобы предлагаемый метод нельзя было использовать для создания оружия.



«Исследованиям лазерных технологий производства топлива для АЭС в мире уже почти 50 лет, - рассказывает Игорь Ярославич. - Существующие сейчас лазерные методы по эффективности не могут превзойти традиционные технологии получения топлива для АЭС (например, с помощью центрифуг). При этом, теоретически с их помощью можно получить высокообогащенный уран, используемый, в том числе, для производства ОМП. Поэтому такие технологии есть в многочисленных "списках двойных технологий", экспорт которых контролируется. А то, что предлагается мной – это единственный лазерный метод, который можно применить для утилизации отходов производства ядерного топлива и выработки из него нового топлива для АЭС, но невозможно применить для получения высокообогащенного урана».


Тем не менее, несмотря на всю абсурдность обвинений, колесо "правосудия" завертелось, и уголовное дело от таможенников перешло по подведомственности к ФСБ. Была создана оперативно-следственная группа Следственной службы УФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, которая продолжила вести это дело.

От назначенного государством адвоката Баранов отказался и обратился за защитой к адвокату Ивану Павлову, председателю Совета Фонда Свободы Информации. Начиналось все плохо, и помня печальный опыт двух коллег ученого по «Военмеху», адвокат, юристы Фонда и сам ученый стали готовиться к длительной борьбе с неясным исходом.

Несколько месяцев – все лето и начало осени 2012 года – следователи ФСБ не могли назначить экспертизу: они подыскивали специалистов и формулировали вопросы. Все это время профессора вызывали на допросы.

16 октября 2012 года у Игоря Ярославича неожиданно был проведен обыск. Следователи нагрянули одновременно на его работу и в квартиру. За день до этого ученый и его адвокат встречались с главой группы следователей, и тот даже не заикнулся о том, что ему нужны дополнительные свидетельства, решив, видимо, найти их в квартире профессора самостоятельно. Именно поэтому жена Баранова Эммилия Эдуардовна уверена, что целью проведения обыска было оказание психологического давления, а не поиск материалов, имеющих отношение к делу. Она рассказывает, что супруги крайне тяжело пережили обыск, сама она была очень напугана, страдала после него нарушениями сна и долго еще прислушивалась к любому шороху за дверью квартиры.

«Уловом» следователей стали старый системный блок, «флешки», листки с записями, блокноты...

Рассказывает Иван Павлов:



«В ходе обыска внимание следователя также привлек документ, подготовленный стороной защиты, под заголовком «Позиция защиты по делу профессора И.Я. Баранова». Следователь не только прочитал этот документ, но и счел необходимым изъять его в ходе обыска. Я считаю его поступок, мягко говоря, «неспортивным». Адвокатская тайна была попрана, и черновики процессуальных документов защиты попали в распоряжение ее процессуальных оппонентов».


Наконец, 30 октября 2012 года профессор Баранов и адвокат Павлов были приглашены для ознакомления с семистраничным постановлением о назначении комплексной инженерно-исследовательской экспертизы. В нем перед экспертами Российского федерального ядерного центра (г. Саров – Арзамас-16) были поставлены 37 вопросов, направленных на понимание того, относится ли информация в докладе к материалам, находящимся под действием законодательства об экспортном контроле, а также можно ли с помощью этой информации создать оружие массового поражения.

При этом следствие отказалось удовлетворить ходатайство стороны защиты предоставить ей возможность ознакомиться с теми материалами, которые направляются на экспертизу, а также дать время для подготовки своих вопросов перед экспертами. Более того, следователь отказал профессору в праве присутствовать при производстве экспертизы и давать объяснения эксперту. Тем самым обвиняемый и его защита были лишены возможности хоть как-то осознанно принимать участие на стадии производства экспертизы.

Тем не менее, экспертиза Российского ядерного центра принесла важные положительные результаты. В ней делался вывод, что представленная в изъятом докладе информация «находится в общественном владении и, таким образом, меры экспертного контроля на нее не распространяются. Кроме того, в нем ... отсутствуют сведения, которые могут быть использованы для создания оружия массового поражения».

Однако положительная экспертиза явно не устраивала следователей ФСБ. Через полгода, в апреле 2013, они организовали новую экспертизу и направили изъятые материалы в Отраслевую лабораторию по экспортному контролю Федерального государственного унитарного предприятия «Государственный научный центр РФ – физико-энергетический институт» им. Лейпунского (ОЛЭК-ФЭИ, г. Обнинск).

Результат —тот же. Выводы экспертизы цитируются в постановлении о прекращении уголовного дела:



«Информация, представленная в статье (имеется в виду доклад — авт.), ... не может рассматриваться как специальная и, следовательно, как технология, связанная с предметами, указанными в Списках контролируемых товаров и технологий. Кроме того, названная статья Баранова И.Я. отвечает критериям, которыми обычно принято руководствоваться при принятии положительного решения о выпуске информации, связанной с чувствительной продукцией, в общественное владение».


Экспертизы сделали свое дело. Через месяц, взятый, видимо, на обдумывание, следователь УФСБ А. Минин был вынужден прекратить уголовное дело в отношении ученого и вернуть ему изъятые материалы: диск DVD+R, текст доклада на английском языке на 18 страницах и системный блок.

Комментарий Ивана Павлова:



«От экспертиз зависело многое, но не все. В случае профессора Баранова было с самого начала очевидно, что вся конструкция, на которой основано обвинение, является несостоятельной. Статья 226.1 Уголовного кодекса РФ предусматривает ответственность за незаконное перемещение через границу МАТЕРИАЛОВ и ОБОРУДОВАНИЯ, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения. Очевидно, что в этой статье речь идет о вполне конкретных объектах физического мира – те существующие в природе предметы, которые имеют вес, объем и т.п. Доклад, являющийся по своей юридической сущности информацией – нематериальным благом, не может квалифицироваться в качестве такой юридической (и физической) категории, как материал. Иными словами, из 18 листов бумаги нельзя сделать атомную бомбу.

Кроме того, российское законодательство, связанное с тематикой нераспространения ядерного оружия, выделяет три категории товаров, подпадающих под экспортный контроль, – материалы, оборудование и технологии. Как указано выше, статьей 226.1 УК РФ предусмотрена ответственность за контрабанду исключительно материалов и оборудования и ничего не сказано о вывозе технологий».1


Очевидно, что ФСБ нашла двойной смысл там, где законодатель его явно не предусматривал, — в слове «материалы». Ни до, ни после окончания уголовного дела ФСБ не признала своей ошибки в толковании статьи 226.1 УК РФ.

Странно также было бы предполагать, чтобы в 21 веке законодатель не понимал, что информацию за границу легче передать, не перевозя через границу в портфеле в виде листков, отпечатанных на принтере, а переслав ее с помощью электронной почты.

Комментарий профессора Игоря Баранова:



«Поиск лазерного метода изготовления топлива для АЭС из отвалов урановой руды ведется в России, США и других странах уже давно. Этот метод направлен не на создание ядерной бомбы, а на сохранение окружающей среды и снижение стоимости электрической энергии. Именно поэтому ученые публикуют свои работы в открытой печати. История научных открытий показывает, что новые идеи часто появляются у нескольких ученых в разных странах практически одновременно. Вот почему так важен приоритет идей.

Что касается данного метода, то сейчас, благодаря нашим публикациям, преимущество в мире у российского БГТУ. Я полагаю, что нужно широко обсуждать, улучшать, применять научные идеи, которые не укладываются в установленные нормы, а не преследовать ученых. Приоритет российской науки должен стоять на первом месте не только для ученых, но и для ФСБ. Я желал бы, чтобы и другие ученые не страдали от несправедливости, чтобы с ними не повторилась подобная история.

За победу в моем деле я благодарен адвокату Ивану Павлову, юристу Евгению Смирнову и другим сотрудникам Фонда Свободы Информации за их высокопрофессиональную и самоотверженную работу. Все это время я также чувствовал и поддержку научного сообщества — письма в мою защиту подписали ответственный секретарь Общественного комитета защиты ученых Эрнст Черный, академик РАН Евгений Александров и другие исследователи, меня поддерживал известный ученый, профессор Юрий Райзер.

Исход моего дела мог быть гораздо печальнее, если бы не объективная экспертиза специалистов Российского ядерного центра (Арзамас-16), Отраслевой лаборатории по экспортному контролю ФГУП «Государственный научный центр РФ – физико-энергетический институт» им. Лейпунского (Обнинск) и ФСТЭК России (Москва).

Помощь всех этих людей дала мне возможность продолжить научную работу. И, конечно, выдержать этот год мне помогла поддержка и вера всей моей семьи".


Опубликовано на сайте Фонда Свободы Информации.

Ссылка на карточку дела в Регистре судебных дел Фонда

_______________

1 Подробнее об обосновании юридической некорректности отнесения информации (доклада) к категории «материалы» можно ознакомиться в одном из документов защиты.